суббота, 3 марта 2012 г.

весна

…Да, ты права, она делает это красиво.
Ноябрь – вместо неба серая муть, под ногами мокрая каша, челка от влажности прилипает ко лбу, а когда слабый дневной свет сменяется сумерками, кажется, что здания, машины, люди на улицах превращаются в призраков, которые безмолвными тенями скользят по улицам в поисках чего-то…только вот чего? Но однажды все меняется. Проснувшись утром и открыв глаза, ты понимаешь, что свет за окном стал ярче и как-то прозрачнее. Шлепая босыми ногами по холодному полу, ты подходишь к окну и…действительно, пока ты спала, снег прокрался в город и выбелил его, изменив до неузнаваемости привычную картину. Все, что было тусклым и серым – улицы, дворы, крыши домов – вдруг стало ослепительно белым, как листы в новой тетради, будто созданные для того, чтобы на них писали радостные, светлые истории. Торопливо одевшись, ты выбегаешь на улицу и как ребенок погружаешься в этот дивный новый мир – спокойный, мягкий и очень уютный. А вокруг дети спешат поиграть в снежки или слепить первого в этом году снеговика, да и взрослые время от времени поднимают глаза к небу и пытаются поймать хрупкие белые звезды, которые вдруг посыпались с него.
Постепенно ты привыкаешь к тому, что балом правит белый, но все равно замираешь на мгновение, когда выйдя из дома в морозный солнечный день, не можешь открыть глаза, потому что все вокруг тебя, даже сам воздух, искрится и переливается всеми мыслимыми цветами. Привыкаешь к тому, что даже вечером на улицах светло от снега. Но у зимы в запасе много чудес, которыми она околдовывает тебя день за днем: танец снежинок в свете фонарей; деревья, все, до самой крошечной веточки покрытые инеем; багряно-красный рассвет, какой бывает только зимой; узоры на окнах, которые ни один художник не сможет повторить; хрустящий вкусный скрип снега под твоими шагами. И ощущение пьянящей свободы, когда несешься на лыжах с горки, и в лицо тебе летят снежные искры. А затем приближается череда зимних праздников, и мир вокруг наполняется сверканием огней и елочных украшений, шуршанием оберточной бумаги, запахом хвои и мандаринов. И вот, под звон бокалов, всех охватывает радость и надежда, каждому хочется мечтать и верить, что уж в этом-то году самые смелые желания станут явью.
Но вот череда праздников проходит, и мир возвращается в привычное состояние. Снега на улицах становится все больше, и дворники уже даже не пытаются расчищать тротуары, солнце показывается все реже, и ты все чаще ловишь себя на мысли, что вечер за вечером проводишь дома – с уютным пледом, кружкой глинтвейна и любимой книгой. А потом наступает самое страшное время. На смену легкому морозу приходит лютая стужа, злобный ветер пригоршнями бросает тебе в лицо колючие осколки, а в его завывании слышится леденящий душу хохот. Каждый вдох отзывается болью в легких, глаза ничего не видят из-за застилающих их слез, а ноги то и дело скользят, угрожая падением. И скоро ты осознаешь, что не можешь вспомнить, как выглядит небо – настоящее синее небо, бездонное, свободное, в легких белых облачках. Ты с тоской ищешь глазами хотя бы крошечный кусочек цвета – небесной синевы, зеленого листика – но все тщетно. И отчаяние, твой самый страшный враг, тихим тоскливым голосом нашептывает тебе в ухо, что краски исчезли из мира, и он так и останется черно-белым – навсегда. И тогда, в последней попытке спастись, ты берешь с подоконника цветок в горшке и переставляешь на стол, ведь эти крошечные зеленые листочки – последний лучик твоей надежды. И вот, оторвав взгляд от монитора, ты снова смотришь на них уже 20 минут, и кажется, что еще не много, и у тебя не останется ни мыслей, ни желаний, и ты погрузишься в вечное оцепенение, как мир за твоим окном. В такие минуты понимаешь, что уже не можешь бороться, и все, что тебе осталось – ждать. Ждать и надеяться.
Просто потому, что однажды наступит новый день, ты проснешься, по привычке наденешь толстую неудобную куртку, выйдешь из дома и вдруг остановишься прямо посреди улицы….ты слышишь? Думаешь, ничего не изменилось? Да, над нами по-прежнему жемчужно-серое небо, земля все еще во власти снега и льда, а от морозного воздуха щиплет щеки и слезятся глаза. Но прислушайся. Послушай, как разошлись на деревьях птицы, как воздух звенит от оглушительно звонкого чириканья. Птицы – мои сестры, и сегодня они, как и я, впервые почувствовали ЕЕ дыхание…